18.08.2013 - Директор Челябинского физико-математического лицея №31: «Не хочу жить рабом в этом городе»


Четыре месяца тому назад челябинцы узнали, что одного из самых известных на Урале и в России школьных директоров – Александра Попова – заподозрили в посредничестве при даче взятки. В защиту директора школы учениками, родителями, коллегами, российскими писателями было написано множество писем. Но письма остались без внимания. Мало того, бывший физрук 31-го лицея на днях вдруг вспомнил о давней обиде и захотел привлечь Александра Попова к уголовной ответственности. Что это – намеренная травля человека, не желающего быть послушным? Долгое время Александр Евгеньевич отказывался комментировать ситуацию, но сегодня согласился ответить на наши вопросы.

История о пощёчине

Александр Евгеньевич, дело о взятке закрыто или следствие продолжается?

Я так понимаю, что относительно директора лицея №93 дело в сентябре будет закрыто, а по мне дано совершенно противоположное указание. Кроме того, возбуждают новое дело по 166 статье Уголовного кодекса (нанесение побоев) за пощечину учителю физкультуры Пузыреву.

Дело о посредничестве в даче взятки вы считаете срежиссированным?

Этого парня год ко мне подсылали. Ему сейчас предложили дать показания с применением детектора лжи, но он отказался. Значит, боится, что обнаружится заказ, что он был заслан специально. Меня ловят, прослушивают – это точно. И много неприятных вещей из-за этого происходит.

Почему, на ваш взгляд, именно сейчас бывший учитель физкультуры вспомнил о пощечине, ведь история давняя, ей уже более двух лет?

История началась еще раньше – около четырех лет назад. Мне начали жаловаться родители и учителя, что Пузырев позволяет себе хамство на уроках физкультуры, завуч написала докладную. Мы создали комиссию, побывали на его уроках, и я предложил ему уволиться. После этого меня сразу же вызвал начальник городского управления образования Александр Кузнецов (теперь он министр образования области) и сказал, что увольнять Пузырева нельзя, потому что Пузырев дружит с начальником городской милиции, с заместителем мэра Челябинска... Пять раз по этому поводу меня вызывали в управление. В конце концов я сказал: если вы выбираете не меня, а учителя физкультуры, я напишу заявление об отставке. В ответ было сказано: пишите. Но тогда ко мне приехал Олег Николаевич Грачев и попросил остаться на директорском посту. Я остался, потому что уважаю этого человека.

Спустя год Пузырев подрался с молодым тренером по бодибилдингу прямо в школе. До большой драки, правда, не дошло, но Пузырев прибежал ко мне в кабинет и кричал, что его убивают, а я ничего не предпринимаю... Зная скандальность Пузырева, я молодого учителя по бодибилдингу увез на такси домой. Тут же мне позвонили из школы и рассказали, что она полна полиции – два участковых, четыре омоновца, четыре пэпээсника. Что они ищут человека, который избивал Пузырева. На следующий день в школу вновь пришла полиция, стали допрашивать детей – пятиклассников, учителей. Это продолжалось неделю. Школа превратилась в полицейский участок. И никто не мог заступиться за школу. Тогда мне было нужно что-то предпринять, ведь я директор школы.

Вы решили вызвать учителя физкультуры на дуэль?

Я сделал это на педагогическом совете. А чтобы он не смог отказаться, при всех учителях дал ему пощечину. Но на дуэль он не явился, струсил, хотя меня моложе и у него разряд мастера спорта, а я не спортсмен. По этому поводу тоже приезжала полиция, меня допрашивали. И я объяснял, что российские поэты всегда вызывали мерзавцев на дуэль. Я тоже вызвал мерзавца на дуэль после пощечины.

И было принято решение убрать Пузырева из школы?

Об этом говорили в управлении и министерстве образования, но я не верил, что его уберут, а потому объявил сухую голодовку. Тогда из управления образования приехали в школу переговорщики и предложили: «Если прекратите голодовку, мы Пузырева из школы уберем». И убрали в тот же день, как я прекратил голодовку. Это было два с половиной года назад.

Кроме школы нет ничего!

Почему, на ваш взгляд, эта история только сейчас трансформировалась в судебное разбирательство?

Думаю, работая по делу о взятке, все убедились, что у меня кроме школы нет ничего! Квартиру мне дал отец, разменяв свою. Гаража у меня нет, джипа нет, накоплений тоже нет. Я не вор по определению. Все, что я делаю, я делаю только для школы. В этом они убедились. Поэтому надо было найти что-то еще, чтобы меня убрать из 31-го лицея. Знаю, что министру образования дано указание: решить этот вопрос до 1 сентября. Поэтому сегодня я вновь предлагаю обмен: снимайте с меня подписку о невыезде, я уеду из этого города. И школу отдам. Нужна? Забирайте.

То есть дело не в дуэли и не во взятках? Просто директор 31 лицея оказался крепким неуправляемым орешком?

Безусловно. Всех разозлила прошлогодняя история с национальностью «математика». Хотя, многие, по-моему, даже не поняли сути дела. Кто-то воспринял это как выпендреж директора Александра Попова. Но это и есть педагогика: у детей есть только одна национальность – дети! Вот вам еще одна такая история: в Чебаркуле директорам школ пришла другая разнарядка – сообщить имена девочек, которые занимаются проституцией на федеральной трассе М-5. И только одна директор школы сказала: «Здесь нет проституток, в школе есть только дети»! И сегодня я понимаю, что система намерена меня сломать. В этом году ученики нашей школы получили золото по физике, серебро по информатике на международных олимпиадах, множество российских наград. Никто не поздравил – ни министерство образования, ни городская администрация. Меня «благодарят» только полицейские. Поэтому я не хочу больше жить в этом городе. Отдаю школу и город в обмен на свободу.

Думаете, уже есть претенденты на директорское кресло в 31-м лицее?

Думаю, есть. На место директора 11-го лицея Анатолия Гостева сколько было народу?! Его – единственного народного учителя в городе, создавшего шикарный лицей, – обидели страшным образом: сменили замок на двери его кабинета, охранники не пускали в школу! Вот так отблагодарили за то, что он отдал образованию всю жизнь. И сегодня делают вид, что 11 школа по-прежнему на высоте, но учителя-то из нее уходят. Но побед-то стало меньше. Если в нашей школе сегодня 19 призеров и победителей российских олимпиад, то в 11-м лицее – всего пять. А раньше 11-й чуть-чуть отставал от 31-го.

Ваше решение уехать говорит о том, что вы устали бороться?

А как бороться?! Мне в понедельник школу сдавать, а вчера из ОБЭП прислали в школу 10 человек и они «трясли» рабочих, которые ведут ремонт. Сегодня один из руководителей строительной фирмы испугался, потому что его на допрос вызывали... Все делается для того, чтобы я в понедельник не сдал школу. Не хочу так жить. Директор школы должен заниматься учебным процессом, а меня все время вынуждают заниматься чем-то другим – пять месяцев я занимаюсь общением с полицейскими. Не хочу больше сутяжничать, это уже надоело.

Все это время вы не находили никакой поддержки в министерстве образования?

А зачем это министерству? Ему удобнее, если все школы будут одинаково серыми. Сломали Анатолия Гостева и что, 11-ая школа после этого выросла?! Сейчас сломают нашу. И все школы в конце концов будут одинаковыми. Школам дали возможность развиваться в 90-е годы. Именно тогда в Челябинске появились 22 хороших учебных заведения – лицеи и гимназии. Это своеобразный подвиг директоров школ. В то время более 100 школ стали никудышными, а 22 – замечательными. Но сейчас их доламывают.

Всегда свободен

Но у вас же есть опыт директорства в условиях жестких рамок, вам же пришлось быть директором школы и в советское время?

Я коммунистам был чужой, еще когда учителем математики работал, они меня считали врагом и во всем подозревали. Я, конечно, подшучивал над ними много и, наверное, они сильно меня ненавидели. Однажды, например, дал на время выборов портрет Ленина, который висел в директорском кабинете, чтобы его повесили в зале для голосования. Дал и забыл, а мне его не вернули. И вскоре на меня в райком партии анонимку написали, что я убрал со стены портрет Ленина. Меня вызвали, конечно же. Я не коммунист и не был никогда в КПСС, но меня стали воспитывать. А потом эти коммунисты, которые меня учили, как жить, позорно сдавали свои партбилеты. Честно говорю, мне было стыдно за них, а им – нет.

И сегодня меня зачисляют в стан врагов, потому что всегда живу свободно, все время сам по себе. А меня все время хотят сделать несвободным. Поэтому, еще раз повторю, я готов уехать в любую глушь, чтобы очутиться на свободе. Не хочу жить рабом в этом городе. Нельзя быть рабом ни при каких обстоятельствах. Поэтому все меняю на свободу.

То есть вы готовы уйти из школы до начала сентября?

Я согласен на обмен: мне дают свободу, я покидаю город. Мне не по пути с этим городом.

Александр Евгеньевич, разве сердце не будет за школу болеть?

Мне 64 года, хватит уже. Я достаточно долго заслонял ее своей широкой спиной. Кроме того, за эти пять месяцев я стал больным человеком, а больной человек не должен школой руководить. Я, конечно, за счастье посчитал бы умереть в рабочем кабинете. Еще у поэта Анненского, который был директором Петербургской гимназии, было желание умереть от сердечного недуга. Он говорил, что любая другая смерть позорна, кроме смерти от сердечного заболевания, и что директор школы должен умирать от сердца. Но это же как бог даст.

Но ведь за вами целый коллектив учителей, вами же собранный.

Есть среди коллег друзья, которые меня поддерживают. Но в большинстве своем, учителя – не бойцы. Я искренне считаю, что среди учителей очень мало бойцов. Их вообще в России мало, откуда же они возьмутся среди учителей? Я ко всему подхожу по гамбургскому счету: когда в 90-е годы в школах не получали зарплату по несколько месяцев и я объявил голодовку, пригласил коллег присоединяться, никто из учителей к моей голодовке не присоединился. И два с половиной года назад, когда возникла ситуация с Пузыревым, приглашал присоединиться, дать подлецу пощечину. Никто не поддержал. Учителя даже обвиняли меня, что это не та форма, что директор школы так не должен поступать. Считаю, что у меня есть моральное право расстаться с учителями.

Но вы же помните ситуацию в первой школе, когда родители вышли на улицу, чтобы поддержать директора школы Дамира Тимерханова. И победили!

И я был в числе тех, кто его поддерживал, ведь он – мой бывший ученик. Есть такие родители, которые меня поддерживают, но я не знаю, сколько их. Не обольщаюсь, и за всех отвечать не готов. Знаете, я ничего не знаю о взрослых, я многое знаю о детях. И во взрослые игры играть не люблю, всю жизнь играю в детские игры, с детского сада.

На меня смотрят дети!

Создается такое впечатление, что сегодня при желании можно на любого директора школы завести дело, потому что бюджетных ассигнований явно недостаточно, чтобы школа имела все необходимое?

Не надо далеко ходить: на днях министр образования области с гордостью объявил, что учебниками все школы обеспечены. На учебники дали 200 тысяч рублей. Если у меня 512 учеников, то это меньше 400 рублей на каждого. Можно за 400 рублей при сегодняшних ценах на учебники купить полный комплект? Нет. Но министр говорит: учебниками все обеспечены, требуйте с директоров. То же самое можно сказать относительно ремонта в школе. В этом году надо было отправить ученика на международную олимпиаду в Австралию, он там должен быть уже 2 июля, но только 4 июля пришел приказ министра образования – оплатить поездку. А оплатили ее в августе. Где мне было деньги брать? И так все время. 36 учеников нашей школы участвовали нынче в российских олимпиадах и нужно было решать, на какие деньги их отправлять. Министерство делает красивую мину при плохой игре, а директор школы всегда и во всем виноват.

Помните, как у Григория Горина в «Бароне Мюнхгаузене»: «Карл, стань обыкновенным человеком»! Вы могли бы стать обычным хозяйственником, самым обычным директором школы?

Есть среди директоров хозяйственники, финансисты, воспитатели, а я – учитель. Я же не спонтанно дал пощечину мерзавцу, я неделю думал об этом. Я всегда думаю, как буду выглядеть в глазах учеников. Я не оглядываюсь на учителей и родителей, мне детей надо воспитывать. И эта пощечина была элементом воспитания детей моей школы. И голодовка, которую я объявлял, – тоже. Поэтому сейчас, когда говорят, что мне в суде предложат идти с Пузыревым на мировую, что нужно заключить мировую и все закончится нормально, я понимаю, что не могу так поступить. Ведь на меня смотрят дети! Я должен гордиться этой пощечиной, и дети должны гордиться тем, что директор их школы способен дать пощечину мерзавцу. Это ведь вещь обсуждаемая – раньше были мужчины, которые вызывали на дуэль, чтобы защитить честь. В советский период были мужчины, которые стрелялись, потому что понимали, что дальше так жить нельзя. А теперь не вызывают на дуэль, не стреляются, теперь судятся. Это не по-мужски.

Вы – романтик, Александр Евгеньевич.

Уж какой есть, меняться не собираюсь.

Что к этому добавишь...

Что надо жить...

Автор: Материал сайта chelyabinsk.ru

Вернуться назад

Информационная поддержка

Николай Левашов «О Сущности, Разуме и многом другом...» Нет налогу на недвижимость – сбор подписей Интернет магазин «Золотой Путь» - книги, диски, брошюры Николая Левашова Остановить произвол россиянских властей...
© ЗА без(с)платное, доступное образование, 2011-2012